Книга По ту сторону тени, страница 99 – Каролина Роннефельдт

Гортензия с Биттерлингом принялись готовить завтрак, пока остальные собирали вещи, а старик Пфиффер разжигал печь. В прохладе унылого утра тепло печи оказалось как нельзя кстати, тем более после недавно пережитого страха. Подкрепившись чаем и поджаренными тостами, друзья приготовились узнать, что им скажут о дальнейшем пути лекарь и картограф из Зеленого Лога. Неожиданно Бульрих снова достал свою копию карты из Квенделина и расстелил пергамент на земле у печки. Огонь, мерцавший в ее отверстиях, пролил свет на рисунок, начерченный красными, черными и серебряными чернилами. Квендели увидели множество линий и точек, но, кроме надписей, которые Бульрих тщательно копировал, не понимая их значения, никаких географических обозначений на листе не было.

Картограф обвел участок в левом верхнем углу красным кругом. Сегодня там располагалось холмистое плато, которое в те времена, когда составлялась старая карта, оставалось диким неизученным уголком природы. Но даже те, кто не был обучен чтению карт, смогли сразу сориентироваться на местности – в основном по черному пятну густых каракуль, которое явно означало Сумрачный лес, а над ним яркой дугой выделялась Холодная река, огибавшая пустынную область с обширными лесами и широкими равнинами. Верный оригиналу, Бульрих во многих местах обозначил ломаными серебряными линиями предполагаемый ход теневой границы.

— Зачем нам снова смотреть на эту карту? – с нетерпением осведомилась Гортензия. – Может, она и помогла нам найти дорогу сюда, но вряд ли подскажет, куда идти в этом жутком чуждом краю. Если судьба будет к нам благосклонна, мы развернем ее еще раз, когда захотим пересечь границу, чтобы покинуть потусторонний мир и вернуться в свой.

— Может, и так, – сказал Бульрих. – Но по пути я намерен составить новую карту, как делаю всегда, когда исследую неведомые земли, куда никто еще не заходил.

Гортензия застонала.

— Ох, серые поганки, мы тут не на прогулке ради твоего удовольствия… – сердито заговорила она, но тут ее прервал младший Шаттенбарт.

— Бульрих прав, новая карта нам пригодится, – высказался в защиту дяди Карлман. – «Ищите выходы, – процитировал он по памяти, – прокладывайте новые пути вглубь, в неизвестность». Чтобы найти «пути» и «выходы», полезно помнить, откуда ты пришел, и отобразить это на карте.

Гортензия промолчала, а Биттерлинг обнаружил на рисунке Бульриха маленький крестик к северо-востоку от Сумрачного леса. Он был немного размыт, потому что был начерчен углем, как на березовых свитках, которые его кузен обычно использовал для набросков, прежде чем переносить их чернилами на пергамент.

— Это место, где мы пересекли границу? – спросил Звентибольд.

Бульрих кивнул и достал из жилета новый лист бересты. Когда он развернул небольшой рулон, все увидели несколько зарисовок, среди которых выделялся еще один крест рядом с штрихами, вероятно, обозначавшими деревья. Слева простиралось большое открытое поле, окруженное с севера и запада зубчатой кромкой.

— Справа опушка леса, а здесь – наш лагерь, лощина, где мы ночевали. Да вы и сами видите, – объяснил спутникам картограф. – Когда исследуешь новую территорию, всегда начинаешь с запоминающегося места, чтобы потом добавлять окрестности шаг за шагом. Я также отметил все, что нам видно отсюда. Пустоши, леса на юге и востоке, горы с противоположной стороны. К счастью, мы знаем, где садится солнце. Я стану добавлять новые приметы, и, надеюсь, скоро найдутся следы, которые подскажут, куда двигаться дальше.