Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Норвудское дело, страница 200 – Евгений Бочковский

– После вашего рассказа она раскалывается еще сильнее. А что мы вообще забыли в этой чертовой усадьбе?

– Дело в том, Холмс, что мы с вами сыщики, – пояснил я. – Уже много лет. Знаменитые. Настолько, что о нас пишут рассказы. – Чтобы поддержать его дух, я решил не уточнять, что в этой связи является причиной, а что – следствием.

– Так она пришла к нам, говорите? – спросил Холмс, и его лицо просветлело, так как после этого картинка полностью сложилась, хоть и вверх тормашками, и теперь в его голове кое-что начало становиться на свои места, что он и подтвердил следующим вопросом.

– И что она хотела? Эта… как вы сказали… мисс Морстен?

– Она наша клиентка. Вы только что добыли ей превосходное состояние. Не припоминаете?

– Превосходно припоминаю, что где-то потерял собственное. Тоже не так давно.

– Потерпите еще немного, Холмс. Именно потому, что ваше состояние вызывает опасения, мы едем в полицейский участок.

– С каких это пор в участке снимают опасения? – Холмс перевернул платок и прижал его к лицу менее окровавленной частью. – Но вы что-то говорили про наш успех. Я так и не понял, в чем он состоит.

– Бог мой, Холмс! – удивился я. – Вы еще не поняли? Вы нашли сокровища!

– Откуда такая уверенность?

– Разве вы не успели заглянуть в мешок?

– Насколько мне помнится, я успел подумать, что, как только выберусь из ямы, сразу же это сделаю.

– Жаль, что вы не успели выбраться из ямы, – признал я. – Но всё равно нет смысла сомневаться, что там именно то, что мы искали.

– К чему эти догадки, если мы можем заглянуть в него сейчас! – предложил Холмс и, заметно оживившись, приподнялся со скамейки. – Что нам мешает?

– Поверьте, Холмс, в этом нет никакой нужды, – запротестовал я, так как мне подумалось, что то, что нам мешает прямо сейчас заглянуть в мешок, не прибавит Холмсу положительных эмоций, таких нужных в его состоянии. – Я превосходно слышал, как он звякнул, и думаю, что он не соврал.

– Кто?

– Мешок. Когда вы его опустили на землю, он издал очень многообещающий звук.

– Даже если он обращался именно к вам, хотелось бы знать, каким образом вы уловили его интонацию. И что же вам наобещал мешок?

– Смейтесь сколько угодно, Холмс, но так капризно отзываются на небрежное обращение только очень дорогие предметы искусства. Попробуйте так же шмякнуть на землю скарб ржавой утвари жестянщика и сами убедитесь: небо и земля!

– Ну хватит, с меня довольно! – Холмс перестал шарить наугад под скамейкой и обратил всё свое внимание на меня. – Я же вижу вас насквозь, Ватсон, вы явно темните. Куда вы дели мешок?

– Он едет в другом кэбе.

– Что за чертовщина! – выругался Холмс, обретая вместе с раздражением заряд сил, что еще совсем недавно только порадовало бы меня. – Как вы могли оставить без присмотра свое будущее богатство! Честное слово, Ватсон, если вы сейчас скажете, что оно из спеси не пожелало ехать вместе с вами и затребовало себе отдельный экипаж…

– Успокойтесь, – сдался я. – За ним присматривает Лестрейд.

– Кто?!?! – Холмс подскочил так, что чуть не вывалился из кэба. – Лестрейд?!?!

– Это такой инспектор полиции, а полиция – это…

– Нет надобности объяснять мне род занятий этого субъекта! Если отбросить ничего не значащие условности, он получает жалованье ровно за то, что сует палки нам в колеса.