Книга Расследование леди Ловетт, страница 128 – Вайолет Марш

На губах Александра заиграла добродушная ухмылка, и он стал походить на себя прежнего.

— Вам не нужно полностью воздерживаться. Просто не занимайтесь слишком глубокими исследованиями. – Александр выдержал паузу. – И было бы весьма разумно, если бы вы в будущем избегали встречаться в зданиях, состоящих в основном из стеклянных окон.

— Я непременно это учту, – пообещала Шарлотта, придав голосу ту же легкость, что и у брата.

Но, невзирая на попытку брата и сестры сохранить непринужденность, в душе Шарлотты воцарилась печаль. Она позволила ночным героическим деяниям Мэттью отвлечь ее от собственной цели. И пока ей не удастся окончательно вырваться из лап Хоули, она обязана оставаться на страже… не только ради себя, но и своего сердца. Но это мелькнувшее в ее сознании предостережение не удержало бы девушку от Мэттью. Будь проклято это благоразумие.

Мэттью неподвижно сидел в мягком кресле с шелковыми подушками в излюбленной гостиной Тэвиша, рассчитанной на прием посетителей. Ему хотелось бы обрести хоть какое-то успокоение в привычной обстановке, где он провел немало счастливых часов, обсуждая научные вопросы.

Но, к сожалению, вторжение Шарлотты во второе пристанище Мэттью подкрепило зародившееся в душе ощущение, что ее присутствие полностью и бесповоротно перевернуло все его существование.

Прошло уже полчаса, а тело продолжало испытывать последствия ее ласк: кожу покалывало, словно после пробуждения от долгого сна, сердце так и не вернулось к нормальному ритму, продолжая биться в хаотичном темпе и находиться в возбужденном состоянии, подобно молодому зайцу весной. А мысли… ну… мысли то и дело норовили унестись к романтической встрече, невзирая на присутствие как брата Шарлотты, так и Ханны, Софии и Тэвиша.

Мэттью попытался напомнить себе о предупреждении Александра. Неважно, насколько невинным окажется его роман с Шарлоттой, но он превратит ее в мишень для жестокой мести Хоули. Даже не учитывая реальную угрозу расправы со стороны брата, Мэттью понимал, что он не годился в мужья для Шарлотты. И все же вопреки всем очевидным фактам Мэттью по-прежнему предавался воспоминаниям, чувствуя, как вновь заключает Шарлотту в объятья, как ее гибкие формы…

Господь всемогущий. Ему необходимо было сосредоточиться на происходящем вокруг разговоре, а не на девушке, расположившейся менее чем в ярде от него.

— А теперь, когда мы все собрались и получили напитки, не желает ли кто-нибудь объяснить мне, как моя сестра-близнец очутилась здесь с перебинтованной рукой? – задал вопрос Александр со свойственным ему добродушным юмором, положив лодыжку больной ноги на колено здоровой. Он выглядел как всякий джентльмен, во время отдыха, но Мэттью осознавал, что под напускной веселостью его лучшего друга таилась тревога.

— Меня подстрелил драгун, который целился в Мэттью, прыгавшего с крыши на крышу, – ответила Шарлотта, на лице которой не отразилось ни малейшего намека на озорство, однако от Мэттью не ускользнуло, что ей было приятно повергнуть брата в ступор. Именно так Александр передал бы подобную историю.

Смелость Шарлотты чуть сгладила чувство вины Мэттью, заменив его пылающей гордостью. Ему было жаль, что он втянул ее в опасную заварушку – пусть и ненамеренно, – но, похоже, Шарлотта оказалась не из робкого десятка.