Книга Ветеринар для Его Чешуйчатого Величества, страница 20 – Сия Ник

— Меня зовут Тэо, — сказал парень. — Меня прислала госпожа Иссара. Я ваш помощник.

— Помощник? — переспросила Вера. Спросонья было трудно соображать.

— Да, госпожа. Госпожа Иссара сказала, что я буду вам помогать во всём: показывать дворец, носить, что попросите, объяснять, что есть что. Я также умею писать. Если что-то нужно записать — я запишу.

Он сделал паузу. Чуть-чуть наклонился — это явно был поклон, но какой-то незавершённый, как будто он начал и забыл закончить.

— И ещё, — добавил Тэо. — Я принёс завтрак.

— Спасибо, — сказала Вера. — Заходите. Только меня зовите без «госпожи». Просто Вера.

Тэо моргнул.

— Просто Вера? Без…?

— Без.

— Хорошо. Я попробую.

Он зашёл. Поставил поднос на низкий стол в гостиной — там, оказывается, был и низкий стол, Вера вчера его не заметила. Сел напротив, на ковёр, поджав ноги. Вера, после секундного раздумья, села так же. У неё затекли ноги — она забыла, что местные не пользуются стульями.

В чашах было что-то горячее, белое, густое. Каша. Сладкая, с чем-то фруктовым и солёным одновременно.

— Что это? — спросила Вера.

— Утренняя каша. Из рисового жемчуга. Рисовый жемчуг — это такое… маленькое зерно, как обычный рис, но круглое. — Тэо изобразил пальцами размер. — С добавкой сушёной манги и морской соли. Очень полезно. Я каждое утро ем.

Вера попробовала. Каша была действительно вкусной. Что-то между рисовой кашей с молоком и… она не знала, с чем сравнить. С чем-то.

— Тэо, — сказала Вера. — Скажите мне честно. Госпожа Иссара действительно вас выбрала мне в помощники? Или это была её ирония?

Тэо опустил глаза. Помолчал. Потом сказал:

— И то, и другое, наверное, госпожа Вера.

— Просто Вера.

— Просто Вера. Я объясню. Я учился в Академии Семи Голосов. Это школа магии. У нас тут магия работает через пение — но это вы уже, наверное, поняли. Я учился семь лет. Меня выгнали в этом году.

— За что?

Тэо посмотрел на свою кашу. Очень долго. Потом сказал:

— Я плохо пою.

— Плохо?

— Очень плохо. У меня магия идёт наоборот. — Он наконец поднял глаза. Под глазами у него были тёмные тени, как у человека, который плохо спит. — Я пою заклинание исцеления — у больного начинает болеть сильнее. Я пою заклинание укрепления — наоборот, всё рушится. Один раз я попробовал спеть простое заклинание, чтобы свечу зажечь — и потушил все свечи в зале. Меня держали из жалости, потому что мой отец платил за учёбу. Когда отец умер и платить стало некому, меня выпустили. С формулировкой «не подходит для практической магии».

Он сказал это всё ровным голосом, как читал чужой текст. У Веры между лопатками что-то заныло. Она знала это ровное звучание. Так звучали хозяева животных, которым только что сказали неоперабельный диагноз и которые ещё не успели заплакать.

— А почему именно вас Иссара ко мне приставила? — спросила она.

— Потому что больше никто не пошёл, — сказал Тэо. — Когда госпожа Иссара утром собрала прислугу и предложила работать с лекарем из иного мира, никто не вызвался. Все боятся. Болезнь, заразиться, гнев Его Величества, гнев Лорда Верана, гнев придворных магов — все боятся чего-то. А мне нечего бояться. Меня уже выгнали отовсюду, откуда меня могли выгнать. Меньшего не получится. Так госпожа Иссара и сказала, когда меня вызвала: «Тэо, тебе всё равно нечего терять, иди работать с чужестранкой».