Книга Хранители Севера. Хаос, страница 121 – Оливия Мун

«Я ни за что не сдамся. Ни за что.»

Талли проснулась ещё до того, как первый бледный луч света скользнул по мрачным сводам её комнаты. Сердце билось в сбивчивом ритме, словно знало: сегодняшний день будет особенным, и от этого предчувствия по коже бежали мурашки. Она лежала несколько мгновений, прислушиваясь к собственному дыханию и тихим, привычным шорохам просыпающейся крепости. Потом резко села, отбросив тонкое одеяло, и в груди затрепетало от радостного, нетерпеливого предвкушения. Она увидит его. Сегодня она будет рядом с Брайаном. С волнением, граничащим с трепетом, она подошла к деревянному сундуку и достала тёмно-зелёное платье с лёгкой серебристой вышивкой вдоль подола. Оно было её самым красивым, самым любимым. Ткань приятно скользнула по коже, нежно обнимая фигуру.

Запотевшее от утреннего холода зеркало отразило бледное лицо с тонкими чертами и широко распахнутые глаза, в которых плясали искорки счастья. Впервые за долгое время она ощущала себя по-настоящему живой, а не просто тенью, бесшумно скользящей по коридорам. Провела ладонью по вышивке на юбке, и вдруг её поразила мысль — оттенок ткани удивительным образом перекликался с цветом глаз Брайана. Такой же глубокий, насыщенный, загадочный зелёный. Губы тронула лёгкая улыбка, и она тихонько хихикнула от собственной сентиментальности и неожиданности этого сравнения. Щёки залил румянец. Сколько времени прошло с тех пор, как она смеялась вот так, просто от переполнявшего душу счастья?

Внезапно мощный звук утреннего гонга разорвал тишину. Талли вздрогнула, обернулась к окну и, взглянув на положение солнца, ахнула. Она опаздывала! Настолько увлеклась своими мыслями, что потеряла счёт времени. Схватив у двери заранее приготовленный мешок со сменной одеждой, стрелой выскочила из комнаты. Ветер, гулявший по коридору, подхватил лёгкий подол платья. Каменные стены, всегда казавшиеся такими холодными и враждебными, сегодня будто расступались перед ней, становясь частью этого удивительного утра.

Добежав до дверей в восточном крыле, она, едва переводя дыхание, постучала. Почти сразу же дверь распахнулась. На пороге стоял Брайан. Лицо его, вначале напряжённое и настороженное, в следующее же мгновение преобразилось. Все черты смягчились, губы изогнулись в тёплой, почти мальчишеской улыбке, а во взгляде появилась непривычная нежность.

— Привет… — сказал он негромко.

— Привет, — отозвалась она, и голос предательски дрогнул. Щёки запылали таким румянцем, что она тут же опустила глаза, уставившись на свои ботинки. Всё внутри трепетало и пело от одного его взгляда, но уже через мгновение холодный рассудок взял верх над смущением. Она окинула их критическим взглядом: их роскошные алые плащи, расшитые золотыми нитями.

— Так не пойдёт, — нахмурилась она, с деловым видом складывая руки на груди. — Вам нужно переодеться. Вы слишком яркие. Если хотите по-настоящему почувствовать дух нашего города, стоит замаскироваться под местных.

— К сожалению, у нас с собой нет ничего подходящего…

— Я знаю, — глаза её вспыхнули задорным огоньком. — Поэтому я всё предусмотрела.

Она нагнулась и подняла неприметный, холщовый мешок, притаившийся в тени у двери. Мешок зашуршал, и когда она развязала завязки, на каменные плиты высыпалась грубая, но практичная одежда: плотные шерстяные куртки, потёртые тёплые безрукавки и простые вязаные шарфы.