Книга Хранители Севера. Хаос, страница 139 – Оливия Мун

Талли прижалась к Брайану всем телом, ища в его твёрдой опоре якорь, способный удержать её на плаву в бушующем море собственных эмоций. Горло сдавило тугим узлом, плечи затряслись от сдерживаемых рыданий. В следующий миг она разрыдалась, не пытаясь остановить слёзы, просто позволяя им течь, смывая годы накопленной тревоги, обиды, страха и молчаливого отчаяния.Он молча гладил её по спине тёплой ладонью, выписывая медленные, успокаивающие круги. Прошло немало времени, прежде чем дыхание выровнялось и стало глубже. Девушка чуть отстранилась, глаза покраснели и припухли, щёки блестели от слёз.

— Я такая глупая… — выдохнула она почти беззвучно.

— Почему? — мягко спросил Брайан, осторожно убирая с её лица прядь волос, намокших от слёз, и заправляя её за ухо.

Талли горько усмехнулась, и в глазах мелькнуло болезненное прозрение.

— У меня никогда не хватало смелости признать свою слабость, попросить о помощи. А сейчас я вдруг поняла, как сильно ошибалась все эти годы. Я ранила своих друзей —словами, поступками, своим упрямством… а они всё равно оставались рядом. Терпели меня, защищали, а я… я даже не замечала этого.

— Можно вопрос? — Он слегка сжал её ладонь, давая понять, что любой ответ будет принят без осуждения.

— Д-да… — кивнула она, смотря на него влажными глазами.

— Что произошло в тот день? Ты всегда упоминаешь его, но никогда не рассказываешь.

Она вздрогнула, будто от внезапного порыва морозного ветра, пробежавшего по коже.

— Это… долгая история…

— Мы никуда не торопимся, — тихо ответил он, и в его глазах она увидела не любопытство, а готовность разделить с ней любую тяжесть.

Талли закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

— Хорошо… Это случилось в тот день, когда нас отправили на первую охоту на змеевика. С нами ушла большая часть воинов, ведь прорывы тогда случались редко, и никто не думал, что один из них произойдёт так скоро, да ещё прямо у стен крепости. — Она крепче сжала пальцы Брайана. — Когда мы увидели сигнальные огни, я, представь себе, вместо страха почувствовала азарт. Мне нестерпимо хотелось увидеть зверей Хаоса вживую. Тогда мы ещё не понимали, насколько они опасны и безжалостны, были глупыми и самоуверенными, — она горько усмехнулась, — да, мы и правда были ещё детьми.

— Когда мы спустились с гор и вошли в город, я едва смогла вздохнуть. Повсюду стоял тяжёлый медный запах крови и раздавались отчаянные крики. Это было ужасно! Они рвали людей на куски без всякой жалости, без причины. Ветер нёс смрад смерти, а они не щадили никого, снося всё на своём пути, словно обезумевшая стихия. Мы не были готовы к такому прорыву и горько поплатились за свою самонадеянность.

Талли стиснула зубы, её пальцы бессознательно впились в ладони, будто она заново переживала каждый миг того кошмара.

— Именно тогда я поняла, что не готова — ни морально, ни физически. Мы не понимали, с чем столкнулись. Я видела, как Мелисса отчаянно сражалась, как Бернар прикрывал раненых, а я… я просто замерла. Стояла по щиколотку в чужой крови и не могла пошевелиться — не в силах поверить, что это происходит наяву. Мне казалось, будто я попала в дурной сон, от которого не могу проснуться. Как же я была глупа и наивна… — Она опустила взгляд, пряча жгучий стыд, который до сих пор отзывался в ней болью. — Я до сих пор слышу те крики и чувствую этот сладковато-металлический запах, что преследует меня даже во сне.