Книга Королева меняет цвет, страница 128 – Татьяна Миненкова

[1] Фол — наказание в баскетболе, замечание, фиксируемое в протоколе.

7 декабря, суббота

Love Is War — Power-Haus, Christian Reindl, Dream Harlowe

С заднего сиденья междугороднего автобуса я разглядываю заснеженные поля и сопки за окном. Весь последний ряд в моём распоряжении, потому что кресла в начале для меня не нашлось. Зато здесь свобода и комфорт. Почти как места для поцелуев в кино, только без три-д очков и попкорна. Ну, и без поцелуев, разумеется, тоже.

Я всерьёз подумывала о том, чтобы не ехать. Ну и что с того, что я тоже была в команде? Ну и что, что забивала очки и даже получила мячом в челюсть? Я ведь делала это совсем не для того, чтобы в компании ботаников отправиться в планетарий.

Сейчас причины участия в игре кажутся мне ещё более непонятными, чем раньше. Лис всё ещё старательно воротит от меня свой веснушчатый нос, одноклассники ехидничают, а учителя в преддверии зимних каникул задают столько, что не до развлечений. И все вокруг жужжат о подготовке к экзаменам.

На сиденье впереди Левакова с Хмыловским обсуждают количество верных ответов в ЕГЭ по обществознанию, которые необходимы для проходного балла в какой-то вуз. Вместо того чтобы слушать этот бред, я бы лучше в Варкрафт дома поиграла.

Прислоняю голову к прохладному стеклу и смотрю, как оно тут же запотевает от тепла. Хочется нарисовать на этом импровизированном холсте что-нибудь, но в таких случаях пальцы сами рисуют сердечки, а мне и без того слишком сложно даётся не думать о Князеве.

Сначала казалось, что игра с вэшками и то, как искренне мы переживали друг за друга, что-то изменили в наших отношениях, но я ошиблась. Мы просто оба были на эмоциях, и беспокойство Лиса за меня объяснялось лишь беспокойством за члена команды — звено, обеспечившее победу.

Не знаю, о чём Лис и Тим в тот день говорили в раздевалке, но ни мести, ни эффектной битвы так и не случилось. Не то Шестаков решил сдаться, не то Князев проявил свои хвалёные дипломатические навыки, но факт остаётся фактом: ашки и вэшки вернулись к холодной войне, которая десятилетие устраивала и тех и других. А наши отношения с Лисом вернулись к старательной демонстрации того, что нас друг для друга не существует.

Сегодня он специально сел рядом с довольной Полуяновой. Знал, что это меня разочарует. Они с Ксенькой снова общаются близко, как раньше. У них снова полно общих тем для разговоров. Нас же теперь связывают лишь проект по праву, игра и желание, которое я до сих пор не придумала.

— Осторожнее, одиннадцатый «А»! Пока автобус не остановится, с мест никто не встаёт! — строго вещает Валерьянка с сиденья рядом с водителем.

Не то, чтобы это предупреждение было кому-нибудь нужно и кто-то рвался выпрыгнуть на ходу, но автобус как раз въезжает на огромную парковку пред планетарием — целью нашей поездки (и наградой за игру-побоище, за которую Нирван Порваныч полчаса отчитывал команду на прошлом занятии, трижды выматерившись и попросив не сообщать об этом Чиполлино).

Архитектура почти неспособна меня впечатлить, но от взгляда на новый планетарий сердце всё равно бьётся чуточку быстрее. В огромном здании есть что-то волшебное. Высокий стеклянный купол, освещаемый лучами зимнего солнца, будто парит в воздухе. Как волшебный замок из сказки.