Книга Королева меняет цвет, страница 33 – Татьяна Миненкова

Долгожданный рейд срывается. После того, как наша десятка в прошлый раз продула рейд, команду покинул обидевшийся хил[1]. Выясняется, что второй целитель один не справляется, поэтому об игре не может быть и речи.

— Что усами шевелишь? — интересуюсь я у Арта, уже настроившегося на то, что для игры хозяйка привычно принесет за стол тарелку с бутербродами. — Если ты не собираешься быть моим новым хилом, то рейд отменяется.

Кот, разумеется, собирается быть исключительно котом, и применять на себя иные роли отказывается, даже за буженину.

Поэтому на тренировку я отправляюсь в ужасном настроении. Оно становится еще хуже, потому что выясняется, что Тим в зале отсутствует.

— Романова, не знаешь, что с Шестаковым? — интересуется сэмпай. — Он в школе был?

Когда-то мы с Тимуром были не разлей вода, а сейчас я понятия не имею, где он и что с ним. Он снова заблокировал мой номер. Пытаюсь вспомнить, сталкивались ли мы в школе, но если бы сталкивались, я бы точно запомнила. Поэтому честно отвечаю:

— Не знаю, не видела.

— Ясно, — тренер хмурится. Кивает на моё запястье: — А синяк откуда?

Это он ещё на боку огромную отметину не видел, потому что ее очень кстати скрывает куртка. Но говорю, снова не солгав:

— В волейбол играла, мяч приняла неудачно.

— У тебя точно всё нормально, Романова?

— Всё в порядке, Андрей Владимирович. — Выдавливаю улыбку, понимая, что вот сейчас, на третий раз, всё же солгала.

Но сэмпай делает вид, что поверил, и начинает тренировку. Спаррингов сегодня нет, но макивары[2] я бью с такой силой, словно они виноваты во всех моих неприятностях.

[1] Хил — от слова healer, целитель, который лечит, воскрешает и усиливает остальных игроков своей группы.

[2] Макивары — тренажеры для отработки ударов в единоборствах.

3 октября, четверг

Two feet — You?

Я превращаюсь в невидимку. Ашки присмирели. Может, поняли, что раз уж Лис меня не трогает, то и им не стоит. А может Полуянова в полной мере осознала перспективу поселиться со мной в одной комнате. В любом случае, факт остается фактом: поскольку и король, и королева, меня игнорируют, остальные следуют их примеру.

Поэтому уроки проходят спокойно, и даже немного скучно. На праве я вслушиваюсь в нуднейшую лекцию о понятиях преступления и наказания. На алгебре вместе с остальными пытаюсь исправить двойку по прошлой самостоятельной. На информатике подключаю к компьютеру Крапивина удаленный доступ и любуюсь тем, как он удивленно чешет голову и ругает непослушный курсор. На истории слушаю о странах Антанты и рисую черной гелевой ручкой на уголке тетради. То, что изначально кажется просто клубком тонких линий, с каждой новой черточкой складывается в общий сюжет, обретает смысл.

— Это что? — шепотом интересуется Лис, заметив картинку.

Кажется, о странах Антанты ему уже всё известно, потому что слушает он невнимательно. Отвечаю, стараясь не привлекать к себе внимание историка:

— Фростморн. — Услышав это слово Князев поднимает похожие на медную проволоку брови, и мне приходится объяснить подробнее. — Зачарованный меч из Варкрафта[1]. Он поглощает души своих жертв и наделяет владельца огромной силой.

Собеседник усмехается. В истории России он может дать фору учителю, но об истории Азерота[2] не знает вообще ничего. Ловлю себя на глупом желании рассказать, но в этот момент наш разговор привлекает внимание историка: