Книга Королева меняет цвет, страница 84 – Татьяна Миненкова

Во время обучения в «В» классе меня это не волновало. Ни Тим, ни кто-то ещё из вэшек не стремился замахнуться выше городского политехнического колледжа. Считалось глупым и неправильным даже просто стараться для того, чтобы подтянуть оценки для более перспективного аттестата. Заикнись кто, что всерьёз готовится к экзаменам — засмеяли бы. Учителя тоже никогда не ставят вэшкам высокой планки: доучились до одиннадцатого класса — уже молодцы.

В противовес моим бывшим одноклассникам все ашки давно определились не только с профессией, но и с вузом. И я среди них — белая ворона. Ну, или чёрный лебедь, если вспомнить обо всех этих шахматных предрассудках. Погруженная в эти мысли, я бреду наверх по усыпанным стёклами и нотными листами ступенькам. Жую сладкую жвачку, чтобы, когда сахар в ней полностью растворится, можно было выдувать пузыри. И только на крыше понимаю, что моё место на старом ящике занято.

Князева я узнаю́ по белоснежной дутой куртке, хоть накинутый на голову капюшон и скрывает рыжие волосы. Случись эта встреча в сентябре, я молча ушла бы, не решившись нарушать его одиночество. Таким всегда было негласное правило, которого мы оба придерживались. Теперь всё изменилось — я подхожу ближе и, поприветствовав его молчаливым кивком, взбираюсь на ящик рядом.

— Ты пропустила рейд, — равнодушно подмечает Лис, не оборачиваясь ко мне.

Князева это место тоже погружает в уныние. О чём бы он ни размышлял до моего прихода, эти мысли ему не нравились. Отвечаю, не собираясь оправдываться или изобиловать подробностями:

— Была занята.

Можно было бы спросить о том, изучил ли он те приговоры, но я не уверена, что мне это интересно. Лис тоже ни о чём не спрашивает, поэтому какое-то время мы просто молчим, рассматривая город с высоты третьего этажа. Там несутся куда-то машины, меняют цвета светофоры, и люди спешат по своим делам, радуясь выходному дню. А здесь, на нашей крыше, жизнь словно поставлена на паузу, причём давно, лет десять назад.

— Ты нашёл того, кто испортил замки шкафчиков в раздевалке? — интересуюсь я, вспомнив о пятничном разговоре с Шестаковым.

— Пока нет. — Князев прячет в карманы замёрзшие руки. — Но обязательно найду.

— Могу сузить круг поиска: здесь замешаны вэшки, но ключ им дал кто-то из твоих.

Эти слова вырываются сами собой, хотя помогать я не собиралась. Скорее всего, я сделала это назло Тиму, запросившему за свою дружбу слишком высокую цену. Лис поворачивается и хмурит брови так, что между ними образуется пара вертикальных складок:

— Откуда такая информация?

— Тим сказал.

— Ну ещё бы, — хмыкает Князев и недовольно морщит веснушчатый нос.

— Зря кривишься. Разговор был достаточно доверительным, и врать он бы не стал.

Вообще-то, Лис мог бы сказать спасибо, но нет — он хмурится. Губы вытягиваются в тонкую линию, а их уголки неприязненно подёргиваются, как усы у Арта, когда он вместо буженины получает лекцию о пользе диеты для кошачьего здоровья.

— Не сомневаюсь. — Лис поворачивается и вглядывается в моё лицо пристальней обычного.

— Чем тогда недоволен?

— Наверное, тем, что между тобой и Шестаковым всё ещё возможны доверительные разговоры, — нехотя признаётся он и предостерегает: — Лучше держись от него подальше.

— Это ещё почему?

— Потому что он опасен, Ниса, и может причинить тебе вред, — говорит Лис серьёзно. — Он не знает меры в агрессии и злости.