Онлайн книга «Макарка-душегуб: Роман из петербургской жизни»
|
Она в тот же день получила по почте письмо и решила ехать. У мужа оказалось состояние около ста тысяч. Они вместе устроили все дела и уехали в Петербург, не возбудив никакого подозрения. Здесь на первых порах они поселились в хорошем отеле. Сериков целыми днями хлопотал, устраивал и разыскивал мужа. Наконец, месяца через два, он приносит ей газету, в которой описывается гибель атлантического корабля с пассажирами. В числе пассажиров упоминался и ее муж. Она была поражена и в то же время страшно обрадовалась. Точно у ней камень свалился с груди! Значит, действительно он уехал тогда! Немедленно они выдали доверенность адвокату и послали его в Марсель достать свидетельство о смерти мужа и затем в Саратов, для ввода во владение на правах вдовы. Через полгода все было готово. Некоторое затруднение встретилось в Марселе, где никто не мог подтвердить присутствие русского в числе пассажиров погибшего корабля, но с деньгами удалось устранить это препятствие, и все бумаги были получены. Теперь Елена Никитишна – формальная вдова – с солидным приданым, готовилась сочетаться законными узами брака с давно любимым человеком. Она готовила уже приданое. Купила хорошенький особнячок у заставы. Был назначен уже день свадьбы, как вдруг Сериков захворал. Простая простуда осложнилась воспалением легких, и больной через несколько дней скончался, не приходя в сознание. Новое горе поразило Елену Никитишну. Похоронив Серикова, она хотела ехать обратно в Саратов к родителям, но получила известие, что родители несколько месяцев уже умерли. Она осталась одинокой на всем белом свете. Елена Никитишна была близка к отчаянию, несмотря на довольно крупное состояние и вполне независимое положение. Как-то случайно познакомилась она с содержателем соседних лавок, молодым веселым Коркиным, и последний стал у нее бывать. Вместе с ним она выезжала, появлялась на гуляньях, в общественных собраниях. Елена Никитишна, которой только что минуло тридцать лет, была безусловно красива, высока, стройна и привлекательна. Пережитое горе оставило свои следы в виде нескольких морщин на лбу и пары седых волос, но следы эти сглаживались постепенно. В один прекрасный день Илья Ильич, вернувшись после недельной отлучки и увидев, как Елена Никитишна обрадовалась его приезду, приступил прямо к делу: — Елена Никитишна, хотите выйти за меня замуж? Она приняла это за шутку: — Право, Илья Ильич, это так неожиданно… — Полноте, Елена Никитишна, чего там неожиданно! Неужели вам никогда это не приходило в голову? — Может, и приходило, только… — Ну вот и отвечайте! Я не уйду отсюда, пока вы не скажете «да»… Он стал на колени, взял ее руки и смотрел в глаза… Она как-то невольно произнесла «да». Все это воскресло теперь в памяти Елены Никитишны, когда она шагала ночью по комнате… — Боже мой! Что бы это могло быть? Что это за человек Куликов?! Что значат его намеки?! IX. Решение Гани Старик Петухов чем больше обсуждал упорство дочери, тем больше озлоблялся на нее, и временами ему казалось, что он почти ненавидит Ганю. «Возможно ли так мало думать об отце, который посвятил ей всю жизнь, отдал ей лучшие свои годы, полные сил, любил ее, заботился, лелеял… И почему? Разве это дурной человек или старик?! Нет! Просто каприз один, своеволие, нежелание даже подумать об отце!» |