Онлайн книга «Неверморе»
|
— Вы понимаете, – голос не слушается, – что я почти ее нашла?! Что она может не вернуться, и тогда… — Не мешайте взаимодействию специалиста с потенциально исчезающей, – сообщает Три Точки Сверху, только это уже все равно. Я потеряла след. Она не остановилась в библиотеке, она уже где-то еще, и чем больше ее душа порхает по нашему миру, уверенная в самой что ни на есть собственной телесности, тем сложнее будет вернуть ее домой. Тело потом истает. Можно сходить… можно попробовать через коридор, не идти в морок напрямую, а пройти кружным путем, да, это дольше, но зато и меня никакой репликой уже будет не отвлечь. Бедный отец, ему бы пива, нет, ему бы… я не знаю, надеюсь, Камышинка успокоила хотя бы мать, потому что это очень страшно – когда твой близкий дышит, но глаза не открывает. Я знаю, я видела. В морок сбегают от невыносимости местной жизни, только тот морок их и жрет обычно. Нас. Три Точки Сверху сует банку сладкой газировки, я без понятия, откуда он ее добыл, и отхлебываю, не вставая. Два погружения подряд не допускаются, никто и не ждет, и мне потом объявят… что-нибудь объявят, но она тут лежит со своим фальшивым янтарем, и я еще не научилась называть пропавших по ярлычкам типа «случай один», «случай сто восемь». Если вернуть ее в этот мир, она с высокой вероятностью научится в нем жить. Если оставить в мороке, он или выдаст ей чужую судьбу, и тогда все равно потом придется возвращаться, или ее сожрет. Он всех жрет. Нас. Или оставит так, на донышке… Я допиваю, встаю, комкаю банку и шагаю в коридор. В него тоже нужно выходить только из института, я нарушаю технику безопасности непонятно в какой раз, но девушка на кровати должна открыть глаза и сдать свою вторую сессию или отчислиться, переехать – или переложить из своей комнаты белье, влюбиться, или начать подрабатывать, или и то и другое; у нее должны быть зимы и весны, и грустные закаты, и счастливые; я не хочу… У меня же еще никто пока не сгинул. В коридоре надолго застревать не следует. Только зацепишься взглядом хоть за фразу, хоть за словечко – все, пиши пропало. На стенах объявления в несколько слоев, никто не обрывает и не чистит, если только кого-то из бывалых совсем накроет и он объявит – как это – субботник. Но сейчас я бреду по узкому проходу – кто-то оставил здесь свой ящик рыбака, кто-то бинокль, кто-то птичью клетку, – бреду и все-таки нехотя читаю: «…сорок лет, очень ждем домой!!» Вот все они указывают возраст, как будто его так легко определить на глаз. Нашли примету! Нужно писать так: глаза черные, взгляд подвижный, усы не отращивает, носит темные водолазки с распродаж, мечтает о… «Тема ВЕРНИСЬ мы тебе купим велосипед только ПРИХОДИ». Тут я протягиваю руку и срываю – объявление очень старое, и фотография уже давным-давно поблекла, и я уверена, что Тему-то как раз нашли. Маленькие не уходят далеко. Вообще, и объявлений здесь не должно быть, но родственники пишут – и объявления перемещаются сюда. Как будто кто-то, кроме нас, читает их, да и нам не следует! Ну куда ты ушла, где мне тебя искать? Сейчас я окажусь как бы у входа, смогу выбрать почти любое место, ну а нужно мне какое? Девочка – уже будто не ребенок, но и не взрослый, начинающий взрослый, у одного дома будто нет уже, у другого – еще? |