Книга Миссия в Венецию, страница 35 – Джеймс Хэдли Чейз

Но больше всего Дон сердился на Марию Нацку.

«Эта дамочка и правда тебе понравилась, – подумал он, стукнув кулаком по столу. – Они с братом определенно замешаны в этом деле. Как ты этого не понял, когда она заявила, что знакома с Трегартом? Ну ладно, соврала она гладко, но ты обязан был что-то заподозрить. Вот что бывает, когда западаешь на пару сверкающих глаз. По крайней мере, ты ничего ей не рассказал. Разве что признался, что Трегарт – твой старый друг».

В этот момент явился Черри.

— Обед подан, сэр, – холодно произнес он.

Дон отправился в столовую и сел за стол. Наскоро перекусил, не обратив внимания на бо́льшую часть блюд (Черри, разумеется, был шокирован). Во время еды Дон напряженно размышлял, и к концу обеда план действий был готов.

— Ступайте поешьте, – сказал он Черри, отодвинул стул и встал. – Потом зайдите ко мне. Нам нужно кое о чем поговорить.

Подняв брови, Черри подумал: если мистер Миклем решил, что сможет уговорить его смириться с отсутствием вечеринок в палаццо, он очень глубоко ошибся. А вслух манерно произнес:

— Слушаюсь, сэр.

— И поживее. Через десять минут вы должны быть у меня. Дело срочное, – сказал Дон и ушел в кабинет.

Снял телефонную трубку и набрал номер гостиницы «Гритти».

— Соедините меня с синьориной Нацкой, – сказал он, дозвонившись до администратора. – Это мистер Миклем.

— Пожалуйста, подождите секунду, синьор.

После недолгой паузы в трубке раздался голос Марии:

— Здравствуйте, Дон. Простите, что я так долго. Была в ресторане.

— Простите, что помешал обедать, – сказал Дон, – но мне нужно было с вами поговорить. Когда я вернулся домой, тут же позвонил в «Чатем» и поговорил с Трегартом. Должен признаться, наш разговор меня очень обеспокоил. Трегарт попросил меня немедленно приехать.

— Он нездоров? – спросила Мария с такой неподдельной тревогой в голосе, что Дон неминуемо купился бы. Вот только он был уверен, что Мария участвует в каком-то заговоре и цель ее – сделать так, чтобы он уехал из Венеции.

— Судя по всему, да. Я мало что понял из нашего разговора, но Трегарт, как мне показалось, слегка не в себе. Могу с уверенностью сказать, что он переживает нервный срыв. У него была истерика, он даже расплакался. И признался, что не отдает отчета в своих действиях.

— Какой ужас! – воскликнула Мария. – Неужели за ним никто не ухаживает?

— Похоже, он совсем один. Умолял меня приехать к нему, и я немедленно отправляюсь в Лидо, а оттуда возьму аэротакси. Буду в Париже через четыре-пять часов. Скажите, вы не желаете полететь со мной? В его состоянии ваше сочувствие пришлось бы весьма кстати.

Мария медлила с ответом. Дон обнажил зубы в жесткой безрадостной ухмылке. Не будь он уверен, что Мария откажется, не стал бы звать ее с собой. Но каким же будет предлог?

— К сожалению, сегодня я никак не смогу уехать, – наконец ответила она. – И завтра, пожалуй, тоже. Видите ли, у Карла сегодня деловой ужин. И мне придется исполнять роль хозяйки дома.

— Ничего страшного. Я предполагал, что вы будете заняты. Конечно, Трегарту ваш приезд пошел бы на пользу. Но я с ним поговорю. Если окажется, что он совсем плох – а так, скорее всего, и будет, – я отвезу его домой. Вернусь в конце недели.

— Как мило, что ради друга вы поступаетесь собственным отпуском, – сказала Мария. – Жаль, что я ничем не могу помочь. Сейчас же расскажу все Карлу, вдруг он сумеет освободиться пораньше. Как думаете, стоит ли нам спешить в Париж?