Книга Таинственный пленник на день рождения, страница 6 – Эла Завейская

— Садитесь, — говорю я.

Пятеро мужчин остаются стоять.

В сентябре девятый «Б» простоял у доски сорок минут, пока я рассаживала их по-новому. Тогда сработал один приём.

— Кто сядет последним, после ужина моет посуду.

Через секунду за столом сидят четверо. Стул под Брамом трещит. Ноэль садится на самый край. Сайлас устраивается с видом человека, которому интересно, чем всё закончится. Тиан складывает руки на коленях.

Корвин садится последним. Медленно, глядя мне в глаза.

Агна, которая как раз вносит супницу, ахает и ставит её мимо стола. Брам ловит супницу у самого пола.

— Позволите вопрос, Госпожа? — Сайлас разворачивает салфетку. — Кто сегодня пробует еду? После вчерашнего я бы начал с Брама. Его труднее всего отравить.

Брам молча зачерпывает суп из своей тарелки, съедает и кивает. Ноэль хихикает и тут же зажимает рот ладонью.

Тарелка Тиана остаётся полной. Он сидит, опустив глаза, и прячет руки под стол.

— Тиан, — зову я.

Он вздрагивает, и ложка падает на пол.

— Простите, Госпожа.

— Ешьте, Тиан. Ругать я буду только за плохое поведение.

Он поднимает на меня глаза, первый раз за весь день, и тут же опускает их снова. Глаза у него светлые, и в них стоит ужас. Кажется он ждет какое-то новое наказание.

Агна прижимает к груди ключи.

— Госпожа, — говорит она тихо. — Мужчины за столом Госпожи... Если об этом узнают в городе...

— Агна, это моя прихоть. Принесите, пожалуйста, ещё хлеба.

Агна открывает рот, закрывает его и уходит за хлебом. Ключи звякают у неё на поясе до самой кухни.

Корвин наклоняется ко мне через угол стола.

— Первая ошибка, Госпожа, — говорит он тихо.

— Но я не могу иначе.

— Это повод для сплетен. Завтра о вашем ужине будут знать на рынке.

— Значит, завтра на рынке узнают, что у меня хороший аппетит. А посуду сегодня моете вы.

Он откидывается на спинку стула. Уголок рта у него дёргается, и это почти улыбка.

Агна возвращается без хлеба. В руках у неё письмо с серебряной печатью, и печать я узнаю раньше, чем голос в голове успевает подсказать: полумесяц над башней, герб Дома Вейр.

— Гонец от леди Ровены, Госпожа, — говорит Агна. — Завтра утром леди Ровена будет здесь.

Она смотрит на пятерых мужчин за моим столом.

— Без приглашения.

Две служанки затягивают на мне платье, а Корвин стоит у двери гардеробной и учит меня быть сестрой.

— Ровена старше вас на шесть лет и глава Дома Вейр. Кланяться положено вам. Вы кланяетесь ей на полголовы и улыбаетесь одним уголком губ.

— А дальше?

— Дальше Ровена касается вашей щеки своей. — Он чуть наклоняет голову. — Правой.

Служанка дёргает шнуровку, и я выдыхаю весь воздух, какой у меня был.

— Что ещё?

— Голос. Вы говорите тише всех в комнате, и вас слушают все.

— Это я умею. Этому учили на первом курсе педагогического.

Слово «педагогический» служанки слышат впервые и на всякий случай кланяются.

Карета Ровены въезжает во двор ровно в девять. На чёрных дверцах блестит серебряный полумесяц над башней. Раб в серой тунике спрыгивает с запяток, распахивает дверцу и опускается на четвереньки у подножки.

Леди Ровена Вейр ступает ему на спину и сходит на землю.

Она выше меня, золотые волосы уложены короной. Глаза у неё зелёные, это у нас семейное. Лицо у неё мягче, чем у Иссары, и улыбка держится на нём так ровно, что я сразу перестаю ей верить.